Tiger

Как же волшебно любить.
Как же волшебно быть любимым.

Вот какой я был пухлощекий и довольный ребенок, не то что сейчас - жертва аннорексии.
А вам, братсы мои, прекрасных выходных!

Обязательно посмотрите.
Там очень красивая история.
И очень красивая музыка.

Вы посмотрите обязательно.
Ето того стоит.
Знаете, я впервые посмотрел его в классе, наверное, в третьем или пятом.
При чем я посмотрел первые минут двадцать фильма, а потом меня погнали спать ибо завтра в школу.
В голове осела ета мелодия и периодически проигрывалась, а так как я сам пианист-неудачник, я даже пытался подобрать ее на своем верном пианине.
Все было безуспешно, я тогда только начал изучать етот инструмент да и со слухом у меня было что-то не то.
Да и с памятью тоже, ибо мелодия подзабылась и исказилась.
С тех пор прошло сколько-то там лет, иногда в моей голове всплывали образы и воспоминания про етот фильм.
"Чем же он закончился?"
Но самое главное: "Услышать бы еще раз ту мелодию".

И вот не так давно я вспомнил, что я так и не досмотрел етот фильм.
И я скачал.
И я посмотрел.

Вот ведь как жизнь устроена, я услышал ету мелодию лет в девять-десять, я увидел ети кадры и тогда еще своими столь юными мозгами ничего не понял, но сердцем почуял, что ето что-то очень красивое.
И спустя тринадцать-четырнадцать лет я смог вновь оценить и насладится теперь уже на все сто процентов великолепной историей, великолепной игрой и великолепной музыкой.

И поведение главной героини, еще те двадцать первых минут в детстве так восхитили меня, наложили такой глубокий отпечаток.
Тогда я подумал: "Именно так и должна вести себя настоящая леди. Именно такой она и должна быть".
А сейчас, пересмотрев картину всю, целиком и полностию, я лишь еще раз утвердился в своем мнении.
И вновь восхитился.

Она говорит: Ты не такой как все.
Она говорит: Ты любишь не таких как ты.
Она говорит: Ты любишь меня, а я не такая как ты.
Она говорит: Ты всегда будешь любить не тех.
Она говорит: Я никогда тебя не полюблю также, и никто не полюбит тебя взаимно с силой, равной твоей.
Она говорит: Ты всегда будешь один.

- Я знаю.

The End.

Со временем становишься бесчувственной скотиной.
Со временем.
Вокруг умирают люди, известные и не очень.
Друзья, знакомые и родные.
А я вдруг понял, что мне все равно.
Все уже умер человек, зачем по нему рыдать/страдать? Зачем все ети слезы на взрыд? Зачем воспоминания, всевозможные, поминки (исход всегда одинаков - все напьются и будут плакать)?
Ну умер етот, но остальные-то живы-здоровы и в меру упитаны.
В общем, меня уже, братцы мои, ничего не может тронуть.
Как-то все равно.
Я поетому на похороны не хожу уже давно, мне времени жалко, наверное, "Бесчувственная скотина и подлец", - скажете вы, а я не соглашусь.
Я не вижу уже смысла ходить куда-то, зачем-то покупать цветы мертвецу, зачем-то беспокоить лишний раз свою нервную систему, зачем-то тратить время на уже не живого, на бездушное уже неподвижное существо.
У меня с одной-то стороны жизнь еще продолжается, и можно выделить десятиминутку на скорбное выражение лица и траурную ухмылку подле покойного.
Но с другой - мне жалко етого самого времени, если учесть что все рассчитано по минутам и мне реально некогда, ибо вместо того, чтобы провести время в компании с покойником, я лучше пойду и заработаю на отпуск себе и своей женщине.
Или на одежду или на стоматолога или на евро-ремонт.
Вот реально.
Может быть я меркантильная скотина, но в данном случае, я думаю как бы даже не о себе, я думаю о людях, которых я люблю.
И о том, что я могу для них еще сделать, покуда сам копытца не отбросил.
А на покойников глядеть как-то у меня уже давно желание отпало.
Не нужный мне ето акт какой-то.

Мы познакомились на работе.
По случайному-счастливому стечению обстоятельств Я и Она работали в одном бизнес-центре.
Вернее Она уже давно работала, а я только въехал в небольшую коморку по соседству, гордо именуемую офисом.
Мы столкнулись в коридоре: Я несся с кипой бумаг, Она гордо и красиво шла мне на встречу.
Я - взъерошенный налетел на Нее, выронил бумаги, раскидал их в радиусе двух метров вокруг нас.
Поспешно извинился.
Кинулся собирать рассыпавшуюся макулатуру.
Она начала мне помогать.
И тут.
Среди раскиданных заявлений и форм.
Наши глаза встретились.
И между нами вспыхнул мощнейший електрический разряд в тысячи тысяч вольт.
И мы влюбились друг в друга моментально, окончательно и бесповоротно.
Был поздний вечер, и на нашем етаже никого уже не было, только мы вдвоем.
И мы занялись любовью прямо здесь на белых листах формата А4, на заявлениях и формах, потому что не смогли сдержать в себе столь мощного и внезапно нахлынувшего чувства.
Да, все было именно так!


Нет, все конечно же было не так.
Мы действительно познакомились на работе.
Мы действительно по счастливому стечению обстоятельств оказались соседями по кабинетам.
Был поздний вечер, и я уже собирался отправиться домой апосля трудового рабочего.
Но вдруг раздался стук в дверь, и в ответ на мое вопросительное "Да?", дверь аккуратно и бесшумно распахнулась и на пороге стояла Она.
В обрамлении яркого света флюоросцентной коридорной лампы.
И тут наши глаза встретились.
И между нами вспыхнул мощнейший електрический разряд в тысячи тысяч вольт.
И мы влюбились друг в друга моментально, окончательно и бесповоротно.
Был поздний вечер, и на нашем етаже никого уже не было, только мы вдвоем.
- Я... - начала Она.
- Да? - вновь повторил я, делая шаг на встречу.
- Хотела у Вас спросить... - Она сдела ответный шаг.
- Конечно, - мой шаг.
- Вы еще долго здесь будете? - Ее шаг.
- Пока не знаю, - мой шаг.
Мы приблизились вплотную друг к другу.
- Я... - одновременно сказали мы.
Меня бросило в жар, аки тринадцатилетнего мальчишку, впервые признающегося в своей симпатии девочке.
Ни один из нас не хотел отпускать другого взглядом.
И слов было уже не нужно.
Я обнял Ее за плечи, чувствуя хрупкое/изящное тело в своих объятиях.
И мы целовались долго и страстно-нежно.
И мы занялись любовью прямо здесь в моем маленьком офисе, потому что не смогли сдержать в себе столь мощного и внезапно нахлынувшего чувства.
Да, все было именно так!


Нет, все конечно же было не так.
Я шагал с работы по улице.
Думал о чем-то своем.
И тут я увидел Ее, идущую ко мне на встречу.
До етого момента я не знал Ее, но, увидев впервые, сразу понял что ето о Ней я мечатал столько времени, и что ето именно Она снилась мне жаркими ночами на протяжении долгих лет.
Я расплылся в улыбке, готовясь заключить свою Судьбу в объятия и никуда-никогда не отпускать.
Но по мере приближения я понял, что Она идет под руку с другим.
Наши глаза встретились.
И между нами вспыхнул мощнейший електрический разряд в тысячи тысяч вольт.
И мы влюбились друг в друга моментально, окончательно и бесповоротно.
Был поздний вечер.
И было уже поздно.
И мы оба поняли ето.
И мы оба поняли друг друга без слов.
И поравнявшись с Ней, я слабо кивнул, не желая отпускать ее взглядом, и видя, что и Она не желает и сопротивляется именно такой реальности.
Лишь несколько секунд длились наши "объятия".
И я прошел мимо.
И я чувствовал всем своим существом, что Она повернулась и пристально вглядывается в меня, слышал Ее внутренний стон, но, как автомат, продолжал идти и наконец повернул за угол, и это было концом всему.
Прощай!
Да, все было именно так!
И я все шел и шел, и по моим щекам катились слезы.

Иногда мне кажется, что все что между нами - нереально.
Не возможно.
Не может быть.
А если и было, то только лишь в моей голове.
Ты в моей голове.

Иногда мне кажется, что Ты играешь.
Что еще пара дней, и, наигравшись, Ты пройдешь мимо меня, когда я буду в очередной раз ждать Тебя с работы, дабы верным псом сопроводить в пункт назначения - домой/в гости/на прогулку/по делам.

Иногда мне кажется, что все что есть сейчас между нами, все к чему мы пришли - вечно.
Что никто и ничто не сможет разрушить столь крепкого союза, не сможет ни сломать ни изменить наших отношений, что абсолютно все между нами абсолютно совершенно, что каждый из нас двоих уже исписал черновики и теперь делает/творит все на чистовую, не имея право на ошибки.
Да и не совершит он етих ошибок, потому что знает как нужно.

Когда мы познакомились, я боялся засыпать, я боялся погружаться в глубокий сон, боялся что на утро не найду Твоего номера в записной книжке, боялся что все ето мне причудилось, боялся что ето все прекрасное видение, и открыв глаза, я все потеряю.
Все исчезнет и ускользнет.
А проснувшись, я сразу хватался за телефон, проверял звонки и смс-ки, если ли Ты? Не исчезла ли? Не была ли всего лишь сладким сном?
И с облегчением расслаблялся до следующего вечера, до того самого момента, покуда не надо было засыпать без Тебя.
Или с Тобой.
Все равно каждый раз мне казалось, что проснусь Я, и не будет Тебя рядом. Не будет ничего.
Становилось страшно, но я успокаивал себя той мыслью, что даже если вдруг так будет, я отправлюсь Тебя искать, чего бы мне ето не стоило. Ведь если Ты мне снишься, значит где-то Ты существуешь, значит где-то есть.
И я обязательно найду Тебя.
Но после мутного полу-сна, утром я с облегчением всегда обнимал Тебя, целовал Тебя, любил Тебя.
Ты - рядом со мной, и ето самое главное.

Согласитесь: оригинально, красиво, мелодично.
Девушка очень футуристично-мистично талантливая.



А Вы за кого болели?

Наслаждайтесь.

Цепляет за те, самые тонкие струнки души.
Самые глубокие.

Нате вам меня:



и еще нате:

Братсы мои, серфил и бороздил я на досуге интернет-просторы и наткнулся я на презабавнейшие картинки.
Чем и спешу заделится, думаю, не один я-мрачно-готишшный оценю сие тврочество.
Итак, погнали!

Джуд Лоу

Теребят и потеребывают.
"Что делаешь? Почему молчишь? Ты жив? Что с тобой? Ты спился/скурился/снюхался, усох и завял?"
Да пишу я!
"Что ты там пишешь? Завещание?"
Книгу!
"Кулинарную?"
Ав-то-би-ог-ра-фич-ну-ю!
Лет через скоро ищите на прилавках.
До тех пор, пока не закончу, в ЖЖ писать ничего не буду.

Да, и еще:

Милая, Дорогая, Единственная, Самая Красивая, Нежная, Изящная, Желанная, Сексуальная! Я люблю Тебя! Ты - Мое Вдохновение!

"Либо пал, либо пропан!"

"Я сажусь рядом с Ней,
и Она начинает говорить.
Но я не слышу ни слова,
потому что Она прекрасна,
потому что я люблю Ее,
потому что теперь я счастлив
и готов умереть". (с)
Генри Миллер "Тропик Рака"

Я внимательно смотрю на Тебя.
Ты ведешь машину. Я сижу на пассажирском сидении.
Я внимательно смотрю Тебя.
Из динамиков магнитолы льется музыка, Ты подпеваешь.
А я внимательно смотрю на Тебя.
Ты говоришь что-то.
Я смотрю на Тебя.
Ты задаешь вопрос.
Я смотрю на Тебя.
Вновь Твоя вопросительная реплика.
А я просто смотрю на Тебя.
Ты поворачиваешься ко мне, смотришь мне в глаза.
Что-то ждешь. Ждешь от меня ответ.
Но я действительно не слышал вопроса.

Боже, как Ты прекрасна!
У Тебя потрясающе сексуальные губы!
У Тебя потрясающе-нежный голос!
Запах Твоей кожи сводит меня с ума!

Ты зовешь меня по имени.
"Ты слушаешь меня?" - спрашиваешь Ты.
А я?
А я внимательно смотрю в Твои прекрасные светлые глаза.
У меня пересохло в горле и язык прилип к небу.
"Я люблю Тебя..." - хрипло отвечаю я.
И сердце мое гулко бьется о грудную клеть, готовое выломать ребра.

Изгибы Твоего прекрасного тела в сумраке белых ночей.
Твои страстные стоны, разрывающие тишину.
Я целую Тебя, я вдыхаю запах Твоей кожи, Ты выгибаешься мне на встречу.
Я касаюсь Тебя аккуратно-нежно и сперва не смело.
Твои руки сжимают края простыни, сжимаются в кулаки.
Ногти впиваются в ладони, оставляют следы в виде маленьких полумесяцев.
С Твоих сексуальных губ срывается сексуальный-жалобный стон.
Ты чуть подаешься вперед.
И я обнимаю Тебя.
Я прижимаю Тебя к себе.
Ты кажешься такой хрупкой в моих руках.
Такой беззащитной.
Ты часто дышишь мне в ухо.
Ты просишь.
Ты шепчешь.
А я жадно слушаю, утыкаюсь Тебе в шею, судорожно вдыхаю.
Как же прекрасно Ты пахнешь!
Запах Твоей кожи снится мне.
Я не могу без Твоего запаха, у меня начинается ломка, как без сильного наркотика.
И Твои слова, срывающиеся на стоны.
И Твои руки, прижимающие меня к Тебе еще сильнее.
И Твой наркотически-сексуальный, пьянящий запах.
Я чувствую под своими руками Твое тело, такое прекрасное, такое родное, и сейчас оно все мое.
И ето чарует меня.
Все, что было вокруг нас, перестает быть, и только Твое горячее сексуальное тело выгибается под моими руками.
Рвется ко мне на встречу.
И сладострастное "Да-а-а-а..." срывается с Твоих сексуальных губ.
И я люблю Тебя и я готов ради Тебя на все.
И Ты зовешь меня по имени.
Снова.
И снова.
И снова.
Ты повторяешь его словно заклинание.

"Ты слышишь меня?" - Ты сердито смотришь на меня. - "Ты что меня совсем не слушаешь?"
Ты ведешь машину, а я сижу рядом на пассажирском сидении.
И я смотрю на Тебя.
Ты обиженно закусываешь нижнюю губу.
"Ты хоть что-нибудь слышал из того, что я тебе говорила?"
А я смотрю на Твое прекрасное лицо.
Я рассеянно киваю.
- Повтори последнее, что я тебе сказала?
- Я люблю Тебя.
- Нет, я етого не говорила, - сердито отвечаешь Ты.
- Ето говорю Я. Я люблю Тебя, - вновь повторяю я и подаюсь вперед.
И целую Твои сексуальные-красивые губы и вдыхаю Твой наркотически-пьянящий запах.
- Я люблю Тебя. - четко выговариваю я каждое слово.
Мне нравится Тебе ето говорить.
Мне нравится, как ети слова срываются с моих губ.
Мне нравится, как ети слова проникают в Твои прекрасные почти ельфийские, аккуратные ушки.
И мне нравится, как Ты смущенно улыбаешься и как опускаешь свои ясные глаза.
"Да?" - спрашиваешь Ты. - "Ето правда?"
"Я. Люблю. Тебя. Ты - самое дорогое, что у меня есть. Я люблю Тебя! И Ты - прекрасна!"

У меня такое ощущение, что я стал старше на десять лет за прошедшую неделю.
А до меня же все как до жирафа доходит.
Вот и накатило наконец.
Емоций много совершенно разнообразных.
Много тоски.
Еще больше - грусти.
И мне безмерно жаль того, что все произошло именно так.
Мне дико от того, как отреагировали близкие.

И я вдруг осознал, что моя младшая сестренка очень мудрая и, в своей еще юношеской душе, израненная как и я.
Как-будто нет шести лет разницы.
Как-будто она за нас двоих все переживает.
Но она такая же как и я, она будет молчать и никому и ничего не скажет, хотя внутри у нее все будет рваться с болью.
Я вдруг понял, что мы с ней очень близки и очень похожи, воспитывались ведь вместе одним человеком.

И еще я понял, что я больше никогда не заплачу.
Я разучился плакать.
Или слез у меня не осталось.
Слезы последние где-то в далеком прошлом.
В прошлой жизни.
Желваки ходуном ходят, ком к горлу подкатывает, и рад бы расплакаться, но не могу.

Берегите.
Берегите своих близких, братцы мои.
Не держите на них обиды и не таите зла.
Близкие они на то и близкие, что самые близкие.
И когда нужна будет ваша помощь кому-то из них, вы обязательно помогите и забудьте все свои прошлые обиды.
Иначе, когда все же вы созреете, или что-то решите и передумаете - может быть уже слишком поздно.

У моей соседки по коммуналке.
В ванной комнате, да на полочке.
Стоит гель.
Не интимный гель, а гель для душа.
Называется "Моменты Радости".
Я из последних сил вот уже третий день сражаюсь с собою, дабы не схватить маркер и не приписать яростно-восторженно перед словом ""Моменты" слово "Редкие".

А может быть он и правда интимный?
Все-таки женстчина одинокая.
И ежели я зло свое сотворю, то тут ужо хочешь-не хочешь, а гелю сему придется переквалифицироваться по тому самому назначению.
Авось тогда и соседка приветлевее станет, лучезарнее и добрее.

Я в раздумиях и метаниях.
Что-то типа: "Я сила та, что вечно хочет зла! Но вечно совершает благо!" (с) Гете "Фауст"
Вот так вот, хочется нагадить ведь жестко, а сделаю наоборот радость и добро людям.
То есть ей (в первую очередь), себе (конечно) и двум соседам (за компанию).
Да будет так!
Ну, я пошел!

Вчера совершенно случайно наткнулся на сериал своей школьной юности. "Зена - королева воинов".
Вчера ночию.
Или сегодня утром ранним.
Что-то около шести утра.
Ибо вчера была бессоница.
Или в ночь со вчера на сегодня, застала, так сказать, в расплох.
Понедельник-то, день тяжелый.

И что вы думаете?
Я совершенно случайно наткнулся, и была вчера последняя серия.
То есть я в самое время наткнулся.
Ну я посмотрел - понастольгировал.

Потом по утру раннему посмотрел на себя в зеркало, выяснил (так же совершенно случайно и неожиданно), что чем старше становлюсь, тем больше и больше и больше становлюсь похожим на вышеупомянутую Зену.
Вот теперь не пойму: толи гордиться толи да.
- Где мои латы? Где мой конь?
- Латы в химчистке, и конь на парковке!

Для тех, кто не смотрел и не знает что ето вообще такое, краткий обзор событий предидущих трехсотшестидесятичетырех серий:
куча добрых дел по спасению невинных, не очень винных и винных, константой через все серии вспыхнувшая и разгоревшаяся лесбийская лябофф, а после - абсолютно глупая смерть во имя мира во всем мире.
Но жертва во имя добра - ета самая лябофф, и здравствуй мир для епизодических невинных/винных и не очень.

Нет, я бы так не смог.
Я бы плюнул на мир во всем мире, но остался бы с любимой.
Потому и роль моя, видно, всегда отрицательная.

А Зена, вот, нет.
Красиво, конечно, но глупо.
Разозлился Я.

Однако ж в голове, апосля просмотра, тяжелым камнем, осела фраза:
"Даже если жить мне осталось тридцать секунд, Я хочу прожить их глядя Тебе в глаза". (с) Зена.
Именно так, и никак иначе.

Я: "Ну, что у тебя там с личной жизнью?"
Систер: "Что-что! Я чиста, как весеннее дерьмо!"